Анатолий Матвиенко: Не обижайте собак!

Владимир Некляев
Публичное заявление Владимира Некляева, экс-кандидата в президенты, экс-заключённого, экс-председателя Союза белорусских писателей, но, по его мнению, всё ещё не экс-политика, а вполне себе действующего, затронуло чувствительные струны столичных любителей домашних питомцев. Некляев провозгласил: «Столетие БНР нельзя праздновать на площадке для собак».
Имеется в виду многолетняя практика Мингорисполкома предлагать оппозиционным кружкам (учитывая реальный вес в обществе, называть их партиями – преувеличение) устраивать шествия не по проспекту Независимости, особенно центральной её части, а направлять их в сторону – к площади Бангалор.
Я своего пса выгуливаю в другом месте. Но, позвольте спросить, почему мои гражданские права, в том числе содержать домашнее животное и выгуливать его в отведённых местах, должны цениться меньше, чем право оппозиционных активистов поразвлекаться во время очередного шествия? В квартирах подъезда дома, где я проживаю, обитают ещё три пса, а людей с БЧБ-символикой на одежде или на машине как-то не замечал. Рискну предположить, что и в масштабах страны любителей собак неизмеримо больше, чем сторонников Некляева…
У него вообще странное отношение к животным, если вспомнить Некляева в качестве экс-литератора, в последнее время новинок у него не выходило. Вот, например, эпизод из раннего некляевского романа «Лабух», правда, в качестве партнёра для близкого общения у персонажа выступила не собака, а коза:
«Белая каза, наважаная на ўзлеску, падпусціла да сябе Жорку без аніякага спуду. Жорка скарміў ёй трохі капусніку, ухапіў за рогі, ушчыміў казу перадам, задраўшы ёй галаву, між двух бярэзін і прыладкаваўся ззаду… Паскакаў з хвіліну, паторгаўся – і ўсё…»
Ладно, абстрагируемся на время от личности Некляева и обратимся к самой сути предложения: торжественно отпраздновать 100-летие провозглашения БНР. Позволю себе озвучить вопрос: а что там, собственно, праздновать?
Коротко напомню историю. В 1917 году на белорусских землях вне зоны германской оккупации и частично – российских, где скопились беженцы с западной границы, были проведены выборы на Первый Всебелорусский съезд, наш аналог российского Учредительного собрания. Съезд начал работу в декабре и был разогнан большевиками, так как делегаты не желали их верховенства.
Данный съезд был первой попыткой создать национальное белорусское государство на территории бывшей Российской империи, ранее – Речи Посполитой. История нашей государственности возобновилась через год, когда под видом Литбела, затем ССРБ и БССР коммунисты основали формально суверенное образование, в реальности – автономию в пределах советской империи. Эта автономия с распадом СССР достигла статуса независимого государства.
А что же БНР, спросит экс-прилежный ученик белорусской средней школы? Не столь прилежные давно сей эпизод забыли.
По большому счёту – ничего.
В числе депутатов Всебелорусского съезда находилось несколько человек от «Белорусской социалистической громады», набравшей унизительно малое число голосов, и то – благодаря союзу с эсерами, но эсеры покинули громаду ещё осенью 1917 года. После разгона съезда несколько членов всебелорусской Рады, как раз те самые – из БСГ, никакой народной поддержки не получившие, продолжили собираться неофициально, а после занятия Минска германскими оккупантами не нашли ничего лучшего, как объявить об учреждении «независимого» государства БНР.
Независимым оно было от народа, однозначно отказавшего этой публике в доверии, и от реальности: германцы прочно контролировали обстановку, соответственно – слышать не хотели об этой политической самодеятельности. В общем, получился конфуз со всех сторон, апофеоз наивности и беспочвенной самоуверенности. Прикрытый национальными лозунгами – ну и что из того?
Но всё же есть индивидуумы, кто думает иначе. Например, «впервые за долгое время демократические силы Беларуси договорились о совместных действиях – устроить праздничное шествие в центре столицы по случаю столетия Белорусской Народной Республики», — оптимистически сообщил польский ресурс «БЕЛСАТ». Отличный повод себя показать, а если удастся нахамить ОМОНу и получить по горбу резиновой палкой, праздник будет успешен на сто процентов, в качестве бонуса у пострадавшего окажется статус политического страдальца.
В этом есть что-то извращеннее, мазохистское, нездоровое. Как описанный у Некляева половой акт с козой. Или будто сумасшедшая мать вознамерилась отметить день рождения ребёнка, появившегося на свет мёртвым, БНР и была таким мёртворождённым чадом. Как… Список можно продолжить до истощения фантазии.
Даже если все оппозиционеры сплотятся в едином порыве, правда, не за БНР, а против Лукашенко – у них есть против кого дружить, на улицы Минска удастся вывести пару-другую тысяч активистов или просто любопытствующих, в областях и того меньше. Смотреть на их культпоход будут вынуждены десятки тысяч, я уж молчу про выгул собак.
Меня смешит повторяемое как мантра словосочетание «демократические силы». Демократия – это власть народа. Народ на выборах отдаёт голоса известно за кого, высшим достижением оппозиции стало проникновение двух её представительниц в Верховный Совет. Всего двух! То есть мнение народа однозначное: занимайтесь, господа, чем-нибудь другим. Празднуйте своё 100-летие БНР, потом – годовщину бандитского беспредела под названием «Слуцкi збройны чын» или день рождения гауляйтера Кубе, разрешившего БЧБ-символику на оккупированных вермахтом землях Беларуси. Но тихо празднуйте, дома, не мозольте глаза людям.
И на Бангалор идти не стоит. Там гуляют с хозяевами добрые собаки, которые не лают по поводу и без.
Поэтому единственный раз в жизни соглашусь с Некляевым. Не нужно праздника БНР на площадке для собак.
Пожалуйста!
Анатолий Матвиенко, писатель
Читать дальше: Анатолий Матвиенко: Не обижайте собак!